Герой спектакля - молодой поэт, alter ego автора - снимает комнату в подмосковном загородном доме: в нынешней Баковке. Хозяйка дома смертельно влюблена в его соседа - красавца баса, который женат на хрупком сопрано и весьма счастлив.
Как-то раз, читая антропологию Ломброзо, поэт обнаруживает, что у хозяйки имеются все признаки преступной натуры: "От ее ушей/
Злодейством тянет. Сам Ломброзо/
Ушей петлистей и страшней/
Вовек не видел". Ему мерещатся упыри, метели, куролесицы, ломборзиады и прочая нечисть. Он хочет бежать подальше из дома, но заболевает и остается до весны.
А весной начинается новая жизнь: у поэта появляется подружка Йота - милое, жизнерадостное создание со смешными дефектами речи (собайка, хлейб, цвейты, звейзда).
Вместе с соседями - басом и его женой - они пьют чай из самовара, едят сладости и распевают песни Шуберта. Однако, идиллии мешает небольшое ЧП: вооружившись сапожным ножом, хозяйка требует у баса ответных чувств. До убийства дело не доходит: нож выпал из рук, а "преступная натура" грохнулась в обморок. Пока все переживали, а певец, чуть не плача, величал себя "источником зла", Йота доела калач и
изрекла: "Давайте купим ей щегла".
Так было найдено лучшее лекарство от любви и ревности: щегол совершенно увлек хозяйку, и она уже больше не зарилась на чужих мужей.
Пожалуй, что в "Школе драматического искусства" это самый простенький, веселенький и легонький спектакль, сделанный без всяких претензий на элитарность. И хотя по форме он немножко похож на постановки Анатолия Васильева "Из путешествия Онегина" и "Пушкинский утренник" (та же безбрежность фантазии, тот же веселый микс из песен и текста, та же несдержанность актерских приколов), это только кажущееся сходство. У Александра Огарева, ученика Васильева, все намного проще и доступнее.
Мы увидим ровно столько, сколько написал Арсений Тарковский. Зайдет речь о чаепитии - перед нами возникнет симпатичный столик, на котором вмиг окажутся всевозможные сладости и дымящийся самовар, весь увитый сушками. Скажут о весне - на сцену вынесут цветы и выкатят цветущее дерево. Упомянут о дожде - на героев польется дождь из лейки, так что они промокнут до нитки. Ну а впрочем, что еще нужно нам от "поселковой повести"? Кроме бурлящей радости и наивной простоты.
В отсутствии учителя, который теперь во Франции, Огарев шалит, как школьник, и позволяет любые шалости своим актерам. Из шапки и веревки он смастерил собачку, артистов подучил приставать к зрителям
(смотреть в глаза, угощать тортиками, дарить цветы), а главного героя (Олег Малахов) - подробно изображать каждое слово: как он брел в ночи, как охотился за ломброзиадами, как после болезни учился заново жарить яичницу и заваривать чай. Из Йоты - очень спортивной Ирины Гонто - Огарев сделал куколку-акробатку: на удивление зрителям, она всячески кувыркается, делает сальто и крутит колесо на одной руке. Партии Шуберта он доверил музыкально одаренным Игорю Данилову и Марии Зайковой, а роль хозяйки - молодой звездочке "Школы" Ольге Баландиной: любовные муки и припадки ревности в ее исполнении - отдельное шоу, на которое стоит посмотреть.
"Щегол", конечно, на самая красивая у "васильевцев" птичка. Слишком уж простенькая, маленькая и поет для всех. Но для поднятия настроения вполне подойдет. Тем, кто разучился улыбаться, рекомендуем посмотреть дважды.
